ВИКТОРИЯ МОЛДУРУШКУ: У СВО НЕ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО «Я видела много тяжелых испытаний. И сейчас я совсем не та юная и беззаботная Вика, которой была до специальной военной операции». Именно с этих слов начнем рассказ о военном медике – Виктории Руслановне Молдурушку из села Хадын Пий-Хемского района. Вика родилась и выросла в семье рабочих, папа - Руслан Какай-оолович, мама - Людмила Кадыр-ооловна. Успешно окончив Хадынскую школу, девушка поступила в медицинский колледж. - То, что помогать другим и спасать жизни, — это мое призвание, я не сразу поняла, если честно. Поступила в колледж по желанию родителей. Мы всегда слушались старших, поэтому я исполнила их волю, а сейчас благодарна им за воспитание и образование. После медколледжа Виктория пыталась работать в Туве, но пришла к выводу, что ей по душе спокойный Абакан, где сначала она устроилась в местную поликлинику. Тогда на долю молодого специалиста выпало первое испытание – коронавирусная пандемия. - Я сумела на практике применить свои знания в экстремальных ситуациях. Работала в реанимации — там люди порой впадали в клиническую смерть. Это было психологически тяжело. Но после всех успешных манипуляций от спасенной человеческой жизни я чувствовала невероятное вдохновение и подъем сил. Так проходили мои трудовые будни. Потом после пандемии я ушла в службу Скорой помощи Абакана. В феврале 2022 года объявили о начале специальной военной операции. В зоне любых боевых действий всегда существует острая потребность в медработниках. Их роль сложно переоценить, ведь жизнь бойца зависит именно от тех специалистов, в чьи руки он попадет в первые часы после ранения. Повестки были направлены всем медикам, в том числе Вике. - Я колебалась. Я понимала, что это, с одной стороны, возможность помочь людям, а с другой — боялась уезжать далеко в неизвестность. Пока я принимала решение, мне регулярно звонили из военкомата, там на СВО очень нуждались в медиках… В это время контракт с Минобороны подписала наша землячка Алдынай Кара-ооловна Натпий-оол из Шагонара. Мы познакомились у военкомата, она по-матерински меня успокоила, сказав, что будем держаться вместе и поддерживать друг друга. И я наконец решилась. Сначала новобранцев на три недели отправили в учебку — осваивать тактическую медицину. Из таких же, как Вика, сформировали отдельную медроту. Распорядок дня был как у солдат-срочников. - Мне – дюймовочке с размером одежды 40-42, выдали огромную армейскую форму, огромные сапоги, которые потом в кровь натерли мои ноги, бронежилет и каску. Помню наше первое утро: мы услышали команду «Подъем», но решив, что это к солдатам, дальше спали. Каково же было наше удивление, когда мы узнали, что это касается и нас – медиков. За считанные секунды собрались и встали в строй. Также помню, как в жару чуть не упала в обморок от тяжести бронежилета. А перед этим я не поела, как и любая девушка заботилась о фигуре. Командиры, заметив мое полуобморочное состояние, не стали ругаться, они предупредили, что теперь не о диетах надо думать, а хорошо питаться и копить энергию. Это армия. Медиков и днем и ночью вывозили на полигон, где учили стрелять. Этот навык нужен не для боев, а для того, чтобы владеть оружием и при необходимости защищать себя и раненых. Так Вика научилась правильно разбирать, собирать, заряжать и хранить автомат. - Я чувствовала страшную тревогу, оказалась в какой-то другой реальности, где нельзя расслабляться и нужно постоянно быть начеку. Для девушки, которая никогда не уезжала из родительского дома дальше, чем на 1 тысячу километров, это было моральным испытанием. Но на учебке мы еще не понимали, что нас ждет впереди. Это были цветочки. О том, что Вика находится в зоне СВО, знал только брат. Отцу и матери она призналась только после учебки, когда их определили в небольшую деревушку в Донецкой области. Конечно, они были в ступоре, но с уважением приняли выбор дочери. - Нам дали первое задание: в здании детского сада соорудить госпиталь. Без сна и отдыха мы сделали это за один день. Постарались оборудовать помещения, создать хоть какой-то комфорт, ведь света и воды не было. Осень, влажность, холод… Спасали обогреватели и дизельные электростанции. Есть госпитали в «зеленой» линии, где более комфортные условия. А мы расположились почти у передовой. В госпитале, где служит Вика, оказывают первую медицинскую помощь раненым бойцам, потом их распределяют в другие медучреждения. Медсестрам часто морально тяжело, но они никогда не показывают пациентам свои слезы или жалость. - Когда я впервые увидела раненого, у меня внутри все сжалось. Это был совсем молодой парень, у которого в ноге зияла огромная дыра, а в ней завелись опарыши, несколько дней он ползал по полю боя в поисках укрытия. Часто бывает, что раненых привозят не сразу, так как открытого коридора, чтобы свободно эвакуировать их, нет. А случается, что группа эвакуации сама попадает под огонь. Тогда раненные несколько дней справляются сами. Отсюда и глубокие инфицирования, а затем ампутации. В общем, на войне, как на войне… Но ты все равно должна улыбаться и подбадривать. Вместе с Викой и Алдынай Кара-ооловной из Тувы служат две санитарки и медбрат. Есть в их роте и другие медицинские работники из разных уголков России. У них нет графика, нет выходных — они трудятся круглосуточно. По журналу в среднем у них в госпитале было 180-200 раненых в день. - Конечно, стараемся приободрить пациентов. Зачастую хорошее настроение и позитив вкупе с грамотным лечением быстрее ставят их на ноги. Сначала чистишь им от грязи и крови лица, руки, ноги. Чувства брезгливости не возникало. Парням, конечно, бывает неудобно. Но мы стараемся подходить к делу с юмором и добром. Медики работают и под огнем, проводят операции в полевых условиях. За каждого бойца бьются до остервенения. Не останавливаются. И спасают. - Страх отключается моментально. Понимаешь, что прямо сейчас нужно спасти человека. К нам доставляли бойцов с разными ранениями, с осколками даже на лице. Эти картины я никогда не смогу стереть из памяти. Поначалу я прикипала к каждому пациенту, а этого делать нежелательно. Женщина может выдержать все — и лишение удобств, не поесть, не попить, но только не потери. Я того первого бойца, который умер на моих глазах, до сих пор забыть не могу. Особенную заботу и трепет Виктория чувствует, когда видит своих земляков. Собираются вокруг раненого и расспрашивают, откуда он, какая помощь нужна. - Спрашиваем «Тыва сен бе?» (Ты тувинец?) и, услышав в ответ родную речь очень радуемся. Даем им свой телефон, они звонят родным. Помню, привезли парнишку, он как узнал, что мы из Тувы, сразу стал разговаривать с нами на тувинском, несмотря на боль, улыбка озаряло его измученное лицо. Все рассказал – про семью, как его из деревни провожали, как подписал контракт. В его словах была такая тоска по дому, по привычному общению на родном языке! Мы всегда стараемся от начала до конца сопровождать своих земляков, вплоть до эвакуации. Поддержка семьи также важна для Вики. Родные очень переживают за нее. Молитвы и вера помогают ей и ее близким справиться с трудностями. - Я могу связаться с семьей пару раз в неделю, причем каждый сеанс связан с риском для жизни. Сами понимаете, технологии отслеживаются. Но мы по возможности пишем хотя бы СМС, что мы живы, что с нами все хорошо. Связь с родными помогает выстоять. Осознавая свою ответственность перед республикой, Вика продолжает свою важную работу, становясь примером и символом мужества российских медиков. - До СВО я была другим человеком. Я пересмотрела свои взгляды. Даже мои близкие заметили, что я изменилась. Я поняла, что все проблемы, которые были раньше – это ерунда. Я только на СВО начала замечать красоту природы, прислушиваться к пению птиц, разглядывать чистое небо. Ты начинаешь ценить жизнь! А еще, я очень полюбила свою страну, во мне проснулся ярый патриот. Раньше, признаюсь, я не до конца осознавала это понятие. Впереди Новый год и рождественские каникулы. Виктория и ее коллеги отметят праздник по-простому, как это принято здесь. - Мы никогда спокойно не встречали Новый год. Пока одни бегали на операции, другие пытались накрыть новогодний стол. В полночь под бой курантов быстро поздравляли друг друга, загадывали желание и снова возвращались на работу. Такой вот праздник. В отпуск военных отпускают всего на 15 дней. За это время Виктория старается помочь родителям в деревне по хозяйству, встретиться с родственниками. А на друзей времени уже не хватает. - Возвращаться к мирной жизни оказалось непросто. Это необычное ощущение. Здесь совсем другой мир, люди, живущие в нем, даже не представляют, что происходит там, в зоне боевых действий. Это и к лучшему. Никому не пожелаю увидеть войну воочию. А еще, на гражданке время течет по-другому. И везде эта никчёмная суета. Под конец отпуска я дико устаю, запираюсь дома и целыми днями сплю в тишине. Шум гражданки меня раздражает. Родные понимают и не мешают. Как все закончится, буду учиться заново жить. Вика дважды награждена медалью за свою работу. Первая медаль за отличие в СВО, а вторая — «За храбрость». - Новость о госнаграде от президента я сначала восприняла, как шутку. Думала, что меня подкалывают. А потом пребывала в шоке, увидев приказ. Конечно, эти медали дались через боль, слезы, кровь, события, связанные с гибелью людей, но для себя понимаю — значит я живу правильно, раз меня отметили. А вообще, для меня самая большая награда – это благодарность бойцов. Все они невероятно терпеливые. Я таких сильных духом в гражданской больнице не встречала. Уверена, у бойцов тоже происходит переоценка жизни. За два года Виктория ни разу не пожалела о своем решении отправиться в зону спецоперации. Здесь она приобрела огромный опыт в профессии, спасла сотни жизней, внесла свой вклад в общую Победу. Планов на будущее она пока не строит; ни о замужестве, ни о карьере. Сначала нужно победить. - Хочу пожелать всем беречь себя и своих близких, ценить мир и каждого человека рядом. Помните, настоящая сила народа – во взаимопомощи и доброте. Есть такая известная фраза "У войны не женское лицо", но в тяжёлые времена храбрость проявляется не только в мужских сердцах. Несмотря на свою хрупкость, сотни женщин из Тувы достойно несут службу в рядах российской армии.